Новости

Нефтедоллары – это не просто так!

Дмитрий Лерикович, 07 апреля 2012 Просмотров: 7240

Нефтедоллары – это не просто так! Добыча полезных ископаемых осуществляется разными способами. Люди-специалисты делают это грамотно, планомерно, разумно и аккуратно. А люди-свиньи стараются схватить побольше, в страхе отбежать подальше и проглотить поскорее...

 

Что обеспечивает приток нефтедолларов

или

Хищническая разработка нефтяных месторождений России

Автор – Dr.Lerikovich

Данная статья посвящена резвости и прыти, с которой почти все компании разрабатывают нефтяные месторождения России. Именно эта скорость разграбления природных богатств, в погоне за максимальной прибылью и наплевательское отношение к недрам, и обуславливает приток нефтедолларов в Россию

Н.В. Левашов на встречах с читателями неоднократно задавал вопрос: довольны ли вы своей работой? Я честно поднимал руку, считая, что занимаюсь любимым делом, работая в научно-исследовательском институте (НИИ) нефтяной компании и получая относительно неплохую зарплату. На первый взгляд дело обстоит именно так. Мне нравится научная деятельность, которая способствует творческому мышлению. Кроме того, в отличие то вузовских преподавателей и работников других НИИ, зарплата доктора наук в нефтяной промышленности всё же позволяет сфокусировать свои мысли на иных проблемах.

Но так ли всё гладко на самом деле? Если вдуматься в этот вопрос серьёзнее, то оказывается, что не так всё радужно, как представляется на первый взгляд. В расширении кругозора и снятии запрограммированных рамок, безусловно, помогают работы Левашова Н.В. В одной из них я отметил мысль, созвучную с моими рассуждениями относительно работы. Познание мира и адаптация к условиям существования – это две большие разницы. Конечно, в оригинале этот контекст был по другому поводу. Но я думаю, что с этой мыслью согласится большинство учёных. Необходимо различать занятия научными вопросами и борьбу за существование, которая вынуждает идти на уступки.

Нас заставляют выполнять то, что нужно кому-то, но не нам. При этом воздействие может быть разным по сути. Одно дело, что тебе не хочется выполнять эту работу, которая является рутиной и бессмысленной. Совершенно другое, когда тебя обязывают выполнять работу, которая полностью противоречат твоим не только взглядам, но и нравственным устоям.

Ярким примером этого является работа в НИИ, который подчиняется известной нефтяной компании. Наша компания, как впрочем, и почти все другие, во главу угла поставила прибыль. Оказывается, что наша основная цель – не добыча нефти, а получение максимальной прибыли, а ещё точнее чистого дисконтированного дохода. С одной стороны, владение экономикой даже на самых низших уровнях специалистов позволило снизить непроизводительные затраты и в целом повысить эффективность добычи нефти. Но с другой, прав был Ленин В.И., когда написал, что «капиталист в погоне за прибылью не остановится ни перед чем».

Попутно отмечу, что наши верхи оказались ещё хитрее. Они умудрились ещё откусить довольно большие куски от нефтяного пирога, владельцем которого наполовину является государство, или попросту «распилить» часть активов и стать их владельцами. Теперь у нефтяной компании остались только скважины, а вот насосы, трубы, штанги, буровые станки, компьютеры, сети, автоматика и многое другое являются собственностью уже других, сервисных компаний, владельцем которых являются те же самые верхи. Поэтому, когда провозглашается лозунг достижения максимальной прибыли, а кругом всё разворовано и направлено только в сторону максимального выкачивания денег и максимальной эксплуатации труда, то поддержку рядовых сотрудников такой лозунг естественно не вызывают. Тем более, что зарплаты в компании являются самыми низкими по отрасли, а ежедневная работа по 10-12 часов считается нормой.

После роста цен на нефть, когда верхушка компании почувствовала вкус денег, начались массовые действия, ломающие основные принципы разработки нефтяных месторождений. Например, для добычи нефти справедлив закон распределения Парето. Вкратце – 80% добычи осуществляют 20% скважин и наоборот. Аналогичные тенденции характерны для различных явлений в природе и обществе. Числа могут отличаться, но тенденция сохраняется. Так большую часть работы в коллективе выполняет меньшая часть сотрудников. После «экономического управления производством» в компании, обладающей, кстати, десятками тысяч скважин, почему то оказались «неэффективные» скважины, которые следует закрыть и снизить затраты. Но без этих «неэффективных» скважин не достичь запроектированного нефтеизвлечения из недр. Хорошие высокопродуктивные скважины без малопродуктивных и обводнившихся скважин быстро обводнятся и уменьшат свою добычу.

Объективные закономерности в нефтепромысловом деле ещё никто не отменял. Хочешь максимальную добычу нефти, она и будет, стоит снизить давление в скважинах до максимально низкого, но будет только непродолжительное время. Причём, чем больше взлёт добычи, тем сильнее и её падение. Не хочешь вкладывать деньги в бурение, ремонт скважин, методы увеличения нефтеотдачи пластов – ничего страшного, пару лет добыча будет примерно такой же. Это какая же выгода для собственника! Но, к сожалению, потом происходит резкий обвал в добыче нефти, скомпенсировать который можно только многократным превышением вливания денег.

К большому сожалению, пренебрежение этими азами наблюдается, как у нас, так и в большинстве других нефтяных компаний, как государственных, так и частных. Причём аппетит приходит во время еды. Ведь неизвестно же, что будет дальше – может власть сменится, или цены на нефть упадут, или появятся приборы, которые делают электричество из «тёмных» материй, а может случиться конец света в декабре 2012 года. Правда непонятно, зачем нужны деньги, если наступит «конец света».

Вот и происходит сокращение и увольнение буровых бригад, массово останавливаются обводнённые и малопродуктивные скважины, делаются гидроразрывы пласта при высокой обводнённости скважин, бурятся горизонтальные и многоствольные скважины без соответствующих устройств для разделения участков ствола, производится одновременно-раздельная эксплуатация нескольких пластов без замеров параметров каждого пласта и многое другое. Действительно, данными действиями можно повысить добычу нефти, но только на пару лет, а что делать потом – просить у государства льготы, пугая сокращением сотрудников?

Отдельно следует выделить вопрос задания забойных давлений в скважинах, от которых зависит добыча нефти. По самым скромным оценкам, более трети фонда скважин в нашей компании работает с забойными давлениями, ниже давления насыщения нефти газом. В первое время это приводит к росту дебитов скважин, но впоследствии газ закупоривает фильтрационные каналы и резко снижает или прекращает подвижность нефти. После этого нужны десятилетия, а иногда и больше, например, для Таллиннского месторождения, чтобы давление поднялось, и газ снова растворился в нефти.

Скважины прекращают исследовать или выполняют некачественные исследования, что приводит к значительному повышению рисков при осуществлении различных воздействий на пласт. Как же это так, исследовать скважины, ведь в это время она будет простаивать? Производством управляют экономисты, которые не знают объективных закономерностей разработки месторождений, а ещё точнее, которых заставляют нарушать принципы рациональной разработки месторождений. Самый главный лозунг – получение максимальной текущей прибыли, а после нас – хоть потоп. Вообще, в нефтяной промышленности выгодно быть карьеристом. Можно достаточно легко увеличить добычу нефти, а вот последствия будет расхлёбывать кто-то другой через несколько лет.

Дополнительно к интенсификации добычи в нашей компании умудрялись ещё ежегодно сокращать затраты. Первое время нефтедобывающие управления скребли по сусекам и снижали затраты, не теряя добычи. Но самые исполнительные управления уже потеряли добычу нефти, причём бесповоротно. Дальше эта тенденция ждёт и другие нефтедобывающие управления. Невозможно поддерживать добычу нефти, не вкладывая денег. Как можно снижать затраты, если тарифы на электроэнергию постоянно растут. Нет, конечно можно выключить скважину и получить бонус от руководства за экономию электроэнергии, но ведь нефти-то скважина вообще не даст и не окупит затрат на её бурение, обустройство и кучу всего прочего. Вот и вынуждены исхитряться местные специалисты, когда нужно показать снижение затрат и одновременно не упасть в добыче нефти. Но, к большому сожалению, этот процесс не вечен. Скоро и даже быстрее чем думает большинство, начнут срезать премии и выгонять людей на улицу (оптимизировать численность) в надежде спасти компанию. Кто в этом виноват? Ответ очевиден.

А что, разве этих тенденций не было в советское время, могут спросить меня умудрённые опытом специалисты? Конечно, были – добычу нефти при плановой экономике вытягивали любой ценой. Но ведь к каким это привело последствиям, сколько загубленных месторождений и сколько тех, которые не восстановятся в ближайшие десятилетия. И всё же, уровень разграбления богатств современными миллиардерами не идёт в сравнение с советским временем. Смена собственности привела к разительным изменениям. Коэффициент нефтеизвлечения в советское время превышал аналогичный показатель у американцев. Сейчас мы по этому показателю гораздо ниже их.

Позиция государства в этом вопросе на текущий момент времени также невнятная. Государство заинтересовано в том, чтобы нефтяные компании были стабильными и не просили всяческие льготы на разработку осложнённых месторождений. Оно заинтересовано, чтобы месторождения не разрабатывались варварскими методами, а наоборот – достигался высокий конечный коэффициент извлечения нефти из недр. Однако из противоречия «максимальная добыча нефти – максимальный коэффициент нефтеизвлечения» победителем почему-то выходит не государство, даже при всевозможных перегибах фискальных органов.

Почему это происходит? Ответ так же очевиден.

Почему-то до сих пор не сформулирован основный принцип разработки месторождений, по которому становилось бы ясным, к чему следует стремиться нефтяным компаниям и государству. В советское время под этим принципом разработки понимали достижение максимальной нефтеотдачи пласта при максимальном народнохозяйственном эффекте. Но эти два понятия противоречат друг другу. Тут либо достижение высокого коэффициента нефтеизвлечения, за счёт вливания денежных средств, либо получение максимальной отдачи от месторождения, путём снимания сливок при низком коэффициенте нефтеотдачи. Отметим, что последнее делают мировые гиганты нефтяной индустрии, такие как BP, Shell, ExxonMobil и др.

По этому же пути шел и сторонник «новых принципов разработки месторождений» М.Ходорковский. Разграбление недр на чужих территориях не оправдывает себя, а разграбление недр на своей территории является вообще полным абсурдом. Это всё равно, что лишать жизни курицу, которая несёт золотые яйца. Ведь разработка новых месторождений и их обустройство требуют колоссальных вложений. Безусловно, описанные тенденции в нефтяной отрасли отмечают многие специалисты.

В итоге, в борьбе «экономисты – специалисты» побеждают первые. Получение максимальной прибыли и жесточайшая эксплуатация труда – это характерные особенности современной разработки нефтяных месторождений. Топ-менеджеры, в глазах которых блестят только нефтедоллары, ведут нас к ближайшему обвалу добычи нефти на старых месторождениях и массовому сокращению персонала.

Богатства недр, которые должны оставаться нашим детям и внукам, достаются уже сейчас вполне конкретным детям и внукам. Все негативные процессы, которые наблюдаются у нас в обществе, естественно спускаются и на более низкие ступени.


Постоянный адрес статьи - http://ru-an.info/news/1481/