Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»

«Сухой закон» суров, но это Закон

, 21 декабря 2012
9 058
Предлагается очень интересная брошюра, рассказывающая правду о борьбе американского народа за право быть трезвым. Принятию «Сухого Закона» предшествовала серьёзная 100-летняя борьба за трезвость во всех штатах на всех уровнях...

 

Фрагмент из брошюры «”Сухой закон” суров, но это Закон»

«Жидки будут пить народную кровь и питаться развратом и унижением народным, но так как они будут платить бюджет, то, стало быть, их же надо будет поддерживать…» Фёдор Достоевский [1]

Скопировать брошюру

Много в чём обвиняют невежды и прохиндеи людей трезвых: и в том, что они подлюки, и в том, что язвенники, и в том, что в 1861 году пало крепостное право, и в том, что в России в октябре 1917-го произошел еврейский государственный переворот, и в том, что после горбачёвских антиалкогольных, – как, впрочем, и антитрезвеннических, – мер рухнул Советский Союз, и даже в том, что в начале XX века в США родилась коррупция и американская мафия…

Страшней, стало быть, трезвенника, зверя нет.

Я не попка-попугай – склонен в услышанном сомневаться. Потому-то и решил заглянуть во времена далёкие страны далёкой, и ответить себе самому на вопрос: а был ли вообще в Америке «сухой закон», о котором так много говорят сторонники пьяного образа жизни?

Был ли «закон», который описывается, как очевидно провальный, а провал оного, используется подобно дубине, пресекающей на корню робкие поползновения покушающихся на право заправил алкобизнеса одурачивать и одурманивать, а одурманенным и одураченным не только наслаждаться пребыванием в джунглях иллюзий и миражей, но и тупо, безнадёжно, обречённо страдать оттого, что попирается общечеловеческое, нормальное, естественное?

Когда начинаешь знакомиться с историей темы, сразу что бросается в глаза, так это большая ложь двойного замеса, распространяемая сторонниками пьяного образа жизни:

1. «сухой закон» был введён поспешно и спонтанно, решением негосударственно мыслящих людей, покусившихся на святое: на традицию и на право людей самим делать выбор;

2. «сухой закон», установленный в США на основании 18-й поправки к Конституции, вступившей в силу 16 января 1920 года, породил мафию.

Так вот, оказывается, борьба против алкоголя в Америке – вовсе не бзик и не результат случайного, кратковременного умопомешательства неких абстинентов-язвенников времён демократа, президента Вудро Вильсона, который, кстати, как и подобает истинному демократу, был, разумеется, категорически против введения в стране «сухого закона».

К 18-й поправке американский народ шёл, как минимум 100 лет и довольно широким фронтом.

В период правления президента США Джорджа Вашингтона, – потомственного нетрезвенника, не способного, как и многие потомки алкоголиков, иметь потомство и чей прадед – священник Лоуренс Вашингтон в 1643 году был изгнан из своего прихода за пьянство, – Конгресс США в 1791 году ввёл налог на производство и продажу крепкого алкоголя (закон об акцизе), который был столь велик, что, фактически, означал полный запрет на кустарное производство виски.

И, как следствие, летом 1794 года в западной Пенсильвании, где почти в каждом доме был самогонный аппарат, это привело к бунту, получившему название «Восстание из-за виски»: распространялись листовки, призывавшие к неповиновению властям, проходили митинги и демонстрации, «акцизные чиновники подвергались угрозам и нападениям вооружённых фермеров. Сборщиков налога обмазывали дёгтем и вываливали в перьях, после чего заставляли отказаться от занимаемой должности, а бумаги и документы отбирали. Суровая кара ожидала и тех, кто соглашался помогать чиновникам или платил налог: противники акцизной пошлины поджигали их дома, портили имущество, угоняли скот. Ропот и недовольство, а порой и вооружённый отпор местной администрации имели место также в Кентукки, Мэриленде, Виргинии и обеих Каролинах» [2].

У президента волнения самогонщиков вызвали настолько большую тревогу, что он усмотрел в них опасность для самого существования государства. В частности, он заявил, что если бунт самогонщиков не будет подавлен, то «мы можем распрощаться с любой формой правления в этой стране, кроме правления толпы и дубинки» [3].

На подавление бунта самогонщиков была брошена 15-тысячная армия с кавалерией и артиллерией, во главе которой президентом был поставлен губернатор Виргинии, генерал Генри Ли. В результате, около 2 тыс. противников акцизной пошлины бежали за пределы штата, несколько сот производителей сивухи было арестовано, возбуждено около 30 судебных дел и вынесено два смертных приговора.

В данном случае, мы не хотим, конечно, зачислить президента, масона, мастера из «Ложи Фридрихсбурга» в сторонники трезвого образа жизни. Отнюдь не нашими категориями мыслил он: Вашингтон не только терпимо относился к слабостям других, но и охотно потакал им, в том числе, в пристрастии к спиртному.

Хуже того, после выхода на пенсию занялся производством виски и вскоре стал самым крупным производителем этой отравы на территории Америки. Он запойно играл на деньги, любил выпить и танцевать, любил скачки, петушиные бои и лото. Хуже того, систематически, на протяжение двух десятилетий использовал спиртное для обеспечения своей победы на выборах – устраивая грандиозные, массовые попойки… И не гнушался получать финансовую помощь от еврея Якоба Мордекая, открывшего в 1792 году табачный магазин в Нью-Йорке…

Нет, личная и общественно-административная жизнь Джорджа Вашингтона, как и эпизоды деятельности его администрации – не дары на алтарь трезвости и не бальзам на раны народа, страдающего от алкогольно-наркотического яда.

Вспоминая о «восстании из-за виски», мы, в данном случае, с одной стороны, лишь констатируем наличие самого факта конфликта интересов уже в тогдашней среде сивушников, а с другой, и это более существенно, стремимся показать, что власть при наличии твёрдой политической воли, способна задавить любое выступление, любое поползновение ядопроизводителей и ядоторговцев.

В 1784 году Бенджамин Раш, – просветитель, общественный деятель, физиолог и психиатр, – резко и убедительно выступил против утверждений о пользе интоксикантов, и призвал Церкви поддержать уже существующее в то время, основанное на полном отказе от алкоголя, движение трезвенников, и, отметим, этот призыв не остался гласом вопиющего в пустыне. Достаточно сказать, что под воздействием его горячих призывов и его книги о пагубном влиянии алкоголя на организм, вышедшей в свет в 1785 году, в 1789 году в Северной Америке возникает первое в мире общество трезвости [4].

Известно также, что ещё в 90-х годах XVIII века и вплоть до своей смерти, последовавшей в 1825 году, бывший священник Епископальной церкви, первый биограф первого президента США Джорджа Вашингтона – Мэйсон Лок Уимс, разъезжая по всей стране, распространял, в том числе и в тавернах, книги о вреде алкоголя.

В 1825 году вовсю зазвучал голос представителей Пресвитерианской церкви США (основана в 1706 г.), выступавших за сокращение количества питейных заведений. Через несколько лет, по мере осознания проблемы и выхода на новый уровень понимания, сторонники трезвости поднялись уже до требования полного запрета алкоторговли на территории всей страны. В частности, врач, пресвитерианский проповедник Сильвестр Грэхем выступая в 1832 г. в Нью-Йорке с циклом лекций о правильном питании, утверждал, что вообще все возбуждающие вещества любого сорта и вида, такие, как вино, табак (во всех его формах), сидр, пиво и другие должны быть запрещены.

В 1826 г. в Бостоне было создано Американское общество трезвости – «American Temperance Society», которое пользовалось такой популярностью, что через 10 лет насчитывало уже 8.000 отделений, в которых насчитывалось до полутора миллиона членов.

В результате выше обозначенных и весьма многих иных разрозненных, но идейно единых действий и отдельных граждан, и светских организаций, и религиозных объединений, в период с 1846 по 1855 гг. местные антиалкогольные законы были введены в общей сложности в 13 штатах, но затем объявлены антиконституционными, и отменены.

К сожалению, последователей у библейского Змия, чья роль – совращать и губить, – легион. Хуже того, паразитировать на человеческой слабости, глупости и неосведомлённости, раньше, как и теперь, можно на вполне законном основании. На этом же основании велось и ведётся противодействие тем, кто пытается встать на пути процесса, ставшего бизнесом на крови, на слезах, на беде, на маргинализации, на отравлении и истреблении людей.

1840 г. – в Балтиморе создано Вашингтонское общество трезвости, ориентированное, прежде всего, на работу с алкоголиками, путём осуществления взаимопомощи.

В 1852 г. в Сиракузах, штат Нью-Йорк создан Интернациональный орден добрых храмовников (International Order of Good Templars), – ныне крупнейшая трезвенническая организация мира.

В мае 1866 года в городе Пьюласки, штат Тенесси была создана организация Ку-Клукс-Клан [5], которая выступала не только против негров и евреев, но и против всего, что угрожало традиционным, здоровым, американским ценностям, в том числе, и против алкоголя. Лучше и красноречивее всего кредо Ку-Клукс-Клана, на мой взгляд, отражает нижеследующий фрагмент:

«Любой преступник, любой игрок, любой мошенник, любой распутник, любой мужчина, подрывающий репутацию девушки или угрожающий существованию семьи, любой мужчина, позволяющий себе бить жену, любой продавец наркотиков, любой, работающий на «чёрном» рынке, любой коррумпированный политический деятель, любой католический священник или язычник, любой адвокат, занимающийся тёмными делами, любой аферист, любой защитник рабства, любой содержатель борделя, любая ежедневная газета, контролируемая Римом, – все они – враги Клана. Задумайтесь над этим. На чьей стороне вы?» [6]

В 1869 году Великая ложа тамплиеров создаёт политическую Партию «сухого закона» (The Prohibition Party), включив в свою программу цель – добиться принятия закона, запрещающего производство и продажу «алкогольных напитков», являющихся «позором христианской цивилизации, наносящих непоправимый вред интересам общества, чудовищной политической ошибкой, которую невозможно регламентировать или ограничить системой лицензий» [7].

23 декабря 1873 в г. Хиллсборо, штат Огайо создан Международный женский христианский Союз Воздержания (The World‘s Women‘s Christian Temperance Union), о чём официально было объявлено на общенациональном съезде в Кливленде в 1874 году. Эмблемой для его «индивидуальных членов служит узкая белая шёлковая ленточка 4х1 см, пришитая на груди выше сердца или на рукаве чуть ниже плеча... Белый цвет избран как символизирующий благородство, умеренность, мир (спокойствие) и политическую нейтральность целей данной организации» [8].

В 1881 году штат Канзас первым из всех штатов, устанавливает на своей территории «сухой закон», причём, вводит в свою Конституцию и соответствующую статью! Постепенно такие же запреты стали вводить и другие территории. И, – заметьте, – никакой мафии!?..

С 1883 в штате Флорида вошло в активную фазу общественное движение, направленное на ограничение распространения алкоголя, а в 1885 году оно переросло в то, что позже будет названо движением за «сухой закон». В результате, в Конституцию Флориды была внесена статья о запрещении распространения и производства алкогольной продукции.

1893 г. – в г. Оберлин, штат Огайо создаётся Анти-Салуновая Лига Америки (ASLA). Цель: установление в стране «сухого закона» через лоббирование. Лига оказывала поддержку только тому кандидату, – независимо от его политической ориентации и личных алкогольных пристрастий, – который давал обязательство в случае избрания проводить идею «сухого закона».

Кроме того, в XIX веке на территории США действовало и множество иных объединений, чья программа также предусматривала лоббирование антиалкогольного законодательства, вплоть до введения в стране «сухого закона».

В защиту «сухого закона» вступали и многие известные люди того времени, среди которых были: основатель стальной империи, филантроп, пожертвовавший 90% своего состояния на благотворительные нужды Эндрю Карнеги; американский предприниматель, филантроп, первый «долларовый» миллиардер в истории человечества Джон Рокфеллер; известный экономист, профессор Йельского университета Ирвинг Фишер, который утверждал, что действие закона, запрещающего свободную циркуляцию в стране алкоголя, обеспечит повышение производительности труда в промышленности на 20 процентов…

Стремлению народа к трезвости способствовали и такие великие личности, как Джек Лондон, опубликовавший в марте-мае 1913 года в журнале «The Saturday Evening Post» повесть о жизни алкоголика – «Джон Ячменное Зерно», которая и потрясла всю тогдашнюю Америку, и оказала дополнительный отрезвляющий импульс. (Отдельным изданием книга вышла в этом же году в издательстве «Century Company», Нью-Йорк).

Долгая и упорная борьба антиалкогольного движения на протяжении всего XIX века увенчалась блестящим успехом: 16 января 1919 года Конгрессом США была принята 18-я поправка к Конституции: «Спустя один год после ратификации настоящей статьи сим будут запрещены в Соединённых Штатах и на всех территориях, подчинённых их юрисдикции, производство, продажа и перевозка опьяняющих напитков с целью их потребления; запрещены будут также ввоз опьяняющих напитков в Соединённые Штаты и их территории с указанной целью, равно как и вывоз этих напитков с таковой целью» [9].

16 января 1920 г. 18-я поправка официально вступила в силу. Вопреки противникам запрета, которые представляли собой «пёструю, разъединённую, но влиятельную коалицию фермеров, выгодно сбывавших свою продукцию для производства спиртного; хозяев винокурен и пивоваренных предприятий, в том числе монополистов, владельцев многочисленных салунов» [10].

О том, какой легион стоял на стороне алкоголя, можно представить, если вспомнить, что было закрыто 236 водочных и 1.092 пивных заводов, 177.790 различных питейных заведений [11]. Кроме того, на стороне отравителей нации выступил демократ, президент Вудро Вильсон. В этой же компании оказался и Сэмюэл Гомперс, – сын производителя сигар Соломона Гомперса и Сары Руд, – организатор профсоюза работников сигарного производства, основатель и первый председатель Американской федерации труда (АФТ)… Там же присутствовал и целый ряд министров, которые так или иначе были заинтересованы в спаивании американцев…

Понятно, что никто из этой пёстрой братии не примирился с требованием Конституции. Началась долгая, упорная, подлая, и подчас кровавая борьба за право на законном основании отравлять и наживаться на отравлении людей.

Сегодня широко бытует мнение, в основном среди либералов, демократов и прочих сторонников «свободы без берегов», будто бы «Сухой закон сделал Америку нацией преступников» [12]. Между тем, нужно особо подчеркнуть, что ограничения и даже запреты в сфере алкоголя, не находятся с преступностью в жёсткой связке, как причина и следствие. Преступность порождаема не стремлением общества к нормальному, трезвому образу жизни, а стремлением одних, нравственно, умственно, интеллектуально деформированных людей поставить людей других в условия противоестественные – в условия жития не по совести, не по справедливости, не по достоинству…

Условия существования, обнаруженные благодаря актуализированным потребностям, преломляясь определённым образом в сознании, в котором так или иначе всегда присутствуют идеалы, моральные и эстетические ценности и пр., оформляются в причины, определяющие поведение человека. И ещё: условия непременно сопрягаются с представлением человека о том, на что он право имеет. Вне всякого сомнения, вопрос о соблюдении прав других людей чрезвычайно сложен. Даже для юридически образованного, высоконравственного, душевно утончённого человека. Поскольку право человека в значительной степени это не столько юридическая, сколько воображательная, субъективно-личностная категория.

Одни, в своём разумении будучи не особо совестливо чуткими людьми, стремятся простоты ради и удобства своего для, сфокусироваться на очевидно-осязаемом – на букве закона, на требованиях параграфа, в то время как другие, не любя «бюрократическое крючкотворство», упирают больше на ту правду, которая у каждого своя, на ту справедливость, которую сами же представляют исходя из местного обычая, из знания людей, с коими живут бок о бок, из своего, наконец, «особого случая»… И тогда неизбежно возникает казус, о котором говорил В.И. Ленин на X Всероссийской конференции РКП(б) в Заключительном слове по докладу о продовольственном налоге, 27 мая 1921 г.: «нечто формально правильное, а по сути издевательство» [13].

И ещё есть неписаная правда большинства и правда меньшинства. И нарушение прав отдельного, маленького человечка, логически вытекающих из его правды, неизбежно порождает реакцию, т.е. его ответное антиобщественное действие. И ещё есть равные, которые вдруг стали неравными. Не по трудам своим – по беззаконию. И это также и неизбежно создаёт, как говорят, определённое социальное напряжение. Люди, жившие при распаде СССР, никогда не согласятся с тем, что чубайсы и прочие абрамовичи так чудовищно оттопырились из общей массы, дружно шагающей в светлое будущее.

Все мы родом из Советского Союза, где все мы были примерно равны, а если и отличались, так уж не настолько, чтоб одни вдруг рухнули за черту бедности до нищеты включительно, а другие – шустро воспарили в число долларовых миллионеров и миллиардеров. Всем совершенно ясно, – и это признаётся всеми, – что нынешняя, постсоветская буржуазия обогатела вдруг не личным достоинствам своим благодаря и не трудами праведными, но лишь потому, что однажды и случайно очутилась в своре бойких, проворно делящих общенародной «пирог».

И, заметим, «заправилами» этого преступного дележа оказались именно те, кто относился либо к «избранному народу», либо к тем, кому мнилось, что «все животные равны, но некоторые животные равнее других» [14], и потому, стало быть, они не «твари дрожащие, но право имеют».

Понимание своего отличия и гиперболизация своей особенности, создаёт нестерпимую разницу, а значит, и психическое напряжение, которое, в зависимости от воспитания и всё тех же условий, может сниматься либо делами благими, либо насилием, грабежом, мошенничеством.

Обратим внимание на то, что бутлегерством в США занимались почти исключительно те, которые «понаехли тут». Не коренные американцы – иммигранты. Отсюда: ирландская мафия, еврейская мафия, итальянская мафия... Нарушали закон чужие и чуждые: приезжие, не смогшие встроиться в социальное окружение, в котором оказались, а также те, кто «равнее других» и те, что «избранные».

Думается, читателю будет легче согласиться с этой идеей, если обозначить очевидное и рядом находящееся: сегодня в России торгуют наркотой, в том числе, и алкогольной, преимущественно, элементы этнически чуждые России: цыгане, азербайджанцы, таджики…

Читать статью полностью

Скопировать брошюру

 

Поделиться: