Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»


Новости

Новая индустриализация-2

, 16 декабря 2011
Просмотров: 8644
Версия для печати Версия для печати
Новая индустриализация-2
Нам предстоит восстанавливать и возрождать всё то, что разворовали демократы с либералам и прочими сионистами, напавшими на Русь после предательства пятнистого Горби. Нам предстоит большой, многолетний, очищающий тяжёлый труд...

 

Новая индустриализация? Часть 2.

Автор – domestic_lynx

Государственное регулирование и невидимая рука рынка

Если кто читает подряд мои посты, то в последней части «Невежества и мракобесия» была такая главка «Нельзя за флажки» – про «буку» современного (=детского) сознания. Бука – это что-то не обсуждаемое, но крайне важное и авторитетное, через которое ни за что нельзя перешагнуть. Это что-то вроде богохульства для истинно верующего человека. Такой «букой» является представление о роли государства в экономике. Государство должно быть не оператором, а – регулятором. Регулировать оно должно – понятно вам? С помощью разных там рыночных механизмов и инструментов – пошлин, тарифов, налогов, ну и прочего всякого.

А работать должны частники. Если их недостаточно – их надо создать посредством приватизации. Потому что частник всегда эффективнее не-частника. А роль государства – регулирующая. Вот. Про эффективность частника – поговорим чуть позже, сейчас – про регулирование.

Если у вас нет собаки, рассуждать о её дрессировке – прямо сказать, дело не особо актуальное и перспективное. И прибор регулировать в отсутствии прибора – слегка… как бы это помягче сказать… несподручно. Странновато даже как-то. Чтобы на что-то воздействовать и тонко (или хоть как-нибудь) настраивать – надо ЭТО как минимум иметь.

Вот такая простая мысль постоянно ускользает от внимания мужей разума и совета, которые и продолжают, как Попка, твердить либерально-рыночные заклинания: государственное регулирование, частная инициатива, приватизация. Это лишний раз доказывает то, что вообще-то и в доказательствах не нуждается, настолько оно лежит на поверхности: сказочно-детсадовский образ нашей государственной мысли. В нашей песочнице отсутствие чего-то совершенно не является препятствием к его регулированию. И то сказать: детсадовцу не требуется грузовик, чтобы сказать «ж-ж-ж» и начать крутить руль – он и в воздухе может свободно рулить, на то он и детсадовец.

Так вот в настоящее время у нас стоит вопрос о создании индустрии. И первое, чем следует озаботиться: кто её будет создавать? Кто скажет то самое «всемогущее» слово «вперёд»? И не просто скажет, говорить-то мы все мастаки, а организует и возглавит этот процесс и примет на себя всю полноту ответственности?

Прежде, чем об этом говорить, маленькое замечание. Мои любезные читатели и собеседники нередко спрашивали: зачем? Зачем нам промышленность? Я, как мне кажется, ответила в предыдущей части: промышленность – это показатель умелости, ума и развитости коллективной личности – народа. Это показатель его, народа, качества. Мы хотим быть качественным, умным народом? Это помимо чисто прагматических выгод – наличия машин, домов, еды и прочего.

Потом промышленность для нас – это обороноспособность. Нелепо предполагать, что мы сможем отражать агрессию на покупной военной технике. Это, знаете, из области анекдотов времён арабо-израильской войны: «Мухаммед, чего не стреляешь? – спрашивает еврей араба, высунувшись из танка. – Снаряды кончились, – отвечает араб. – Ну, хочешь, продам чуток? – деловито интересуется еврей». Но анекдот анекдотом, а обороноспособность возможна только при наличии своей военной промышленности. А обороноспособность – это независимость. Если кому-то кажется это недостаточно убедительным, всё дальнейшее можно не читать, т.к. в дальнейшем я исхожу из мысли, что промышленность нужна, и обсуждаю только, как её создать и какова цена вопроса.

Так вот кто же будет создавать промышленность? Какие кандидатуры имеются? Их три: 1) наша отечественная буржуазия; 2) иностранные инвесторы, т.е. буржуазия иностранная и 3) наше отечественное государство в лице своих органов – Госплана, Госснаба, министерств и ведомств и всего сопутствующего.

«Стоит буржуй на перекрёстке…»

За всеми разговорами о каком-то там мифическом среднем классе, наши замечательные обществоведы совершенно отвлеклись от не праздного вопроса о том, из каких профессиональных корпораций, собственно, состоит наше общество. Из кого, в частности, состоит наше предпринимательское сословие? Что это за люди? Что они умеют? К чему стремятся? Чего, напротив, шугаются, как сельская кляча трамвая? Как говорил шукшинский колохозник Глеб Капустин из рассказа «Срезал»: «Нынче в собаку палку бросишь – в кандидата попадёшь». Думаю, сегодня Глеб заменил бы «кандидата» на «социолога». Социологов нынче истинно как бродячих шавок у нас в посёлке, только вот знаний об обществе – как-то не пребывает. Недаром в нашем обществоведении высочайший индекс цитирования у Ю.В. Андропова с его бессмертной максимой: «Мы не знаем общества, в котором живём».

Так вот безо всяких социологов скажу: у нас нет промышленной буржуазии. Есть люди, более-менее умеющие торговать. Есть финансовые спекулянты – это пожалуйста. А вот тех, кто способен организовать большое предприятие и им управлять… Да такое нашим буржуям в страшном сне не приснится. Потому что это – страшно трудно. И именно поэтому за это никто не берётся. Воображать, что ты вот наймёшь какого-то расторопного менеджера, и он всё устроит – в эдакое верят только гламурные журналистки деловой прессы, да доценты всяких там факультетов управления, не управлявшие в реальности даже сапожной мастерской на углу. Дело даже не в «длинных деньгах», гарантиях того и этого – просто это очень трудно. Этого никто не умеет.

Вообще, то, что нерасчленённо именуется предпринимательской деятельностью, вещь весьма неодинаковой сложности и трудности. Самое простое – это финансовые спекуляции – производство денег из денег; недаром к этому делу все так стремятся. Уступает по привлекательности только распилам бюджетов: тут уж деньги не из денег, а прямо из ничего – из одной лишь юркости натуры и беспрепятственности сознания; но эта деятельность может быть признана предпринимательской лишь со значительной долей условности.

На втором месте по возрастанию сложности идёт торговля: деньги – товар – деньги штрих. Это, конечно, нудьга: маркетинг, логистика, таможня; поставщики – мерзавцы, дистрибьюторы – уроды, то, сё. Но и это ещё ничего. Здесь хоть цикл оборота денег – короткий, не заладилось – можно соскочить без особых потерь.

А вот на третьем месте – производство. Т.е. та самая индустрия. Это уж Нудьга, так нудьга! Много-много лет ежедневно вставать в шесть утра и крутить, крутить, крутить эту машину. Надёжные, вменяемые люди – на вес золота, за всем следи сам, во всё вникай, отвлечёшься – хана. И выскочить нельзя, потому что сроки окупаемости – гигантские. Да фиг с ней, с окупаемостью всего проекта! Хоть бы дожить до момента, когда достигнется текущая окупаемость, т.е. проект твой не требует вложений в текущем режиме (по-английски этот светлый миг называется breakeven point, а как по-русски не знаю). Наёмные, с позволения сказать, менеджеры – сплошь либо неумехи-разложенцы, которые ни черта не умеют. А ежели вдруг сумеют, то вскоре приходят к выводу, что гораздо умнее «уметь» в свой карман, чем в хозяйский.

Есть, есть люди, которые любят производственную суету, ловят от неё кайф, но это тип далеко не массовый. И покуда можно делать деньги иным способом – будут в массе предпочитать его. Наша буржуазия – такая, как есть, а не такая, как предстаёт в проплаченных имиджевых статьях на страницах деловой прессы – так вот наша буржуазия ленива, неумела и очень мало ориентирована на повседневный труд. Она заражена тем, что в тех же самых сочинениях средневековых моралистов именовалось luxuria – роскошество, т.е. любовь к кайфу. Luxuria как раз противопоставлялось тому, что называлось industria – трудолюбие. Определённую роль тут играет и криминальный background нашего предпринимательского сообщества, т.е. привычки, далёкие от повседневного упорного труда.

Наш буржуй ещё может как-то посуетиться, «порешать вопросы», но чтобы вот так изо дня в день, годы и годы… В нас во всех очень много обломовщины, и буржуазия тут не исключение. Да, предприниматели – обычно люди бойкие, решительные, с пониженным уровнем тревожности, но к систематической работе, к постоянному напряжению сил в течение многих лет – способны единицы из единиц. Когда-то я написала статью «Зачем предпринимателю предпринимать?» – она была напечатана в нескольких СМИ под разными заглавиями и имела некоторый успех. (Есть она и в ЖЖ). Так вот там я говорю о том, что трудовая мотивация у нашего предпринимателя – слабая. Внутренний движок – слабый. Не получилось – бросает, заработал на приличную жизнь – бросает. «А жить-то когда?», как говаривал наш общий духовный отец Илья Ильич Обломов. На этом слабом движке промышленность не поднимешь.

А как же на Западе? Там известно как – об этом много написано, в т.ч. такими классиками, как Макс Вебер. Промышленность была создана членами протестантских сект, они были первыми «капитанами индустрии». Ими двигал религиозный долг – работать и обогащаться. Обогатишься – спасёшься. Не обогатишься – быть тебе ввергнутым в геенну огненную. Винер Зомбарт в классической книге «Буржуа» рассказывает о том, как рыдали от ужаса англичане 17-го века, слушая рассказы проповедников о муках, которые ждут тех, кто не спасётся. Вот чем изначально питалось западное трудолюбие и предприимчивость.

У нас таких – весьма специфических – условий нет. К тому же есть способы заработка попроще и позавлекательнее, чем промышленная нудьга. Вообразим немыслимое: пришёл… ну, положим, «господом данный нам царь-государь» – мудрый, абсолютно бескорыстный (он же «хозяин земли русской», ему для себя ничего не надо, потому что и так всё вокруг – его), любимый народом и озабоченный одним только благом вверенного ему провидением народа. Тем более, что астрологи и прочие провидцы говорят, что он скоро явится, так чего бы не помечтать, особенно накануне нового года.

И царь решительно (да, забыла, он ещё и решительный!), так вот он решительно отсекает все возможности лёгкой наживы. Банки закрываются, есть только один государственный банк, про фондовую биржу никто и не вспоминает, её нет в природе. Торговля облагается значительным налогом; введена монополия внешней торговли, так что из-за границы тоже особо не повозишь.

Царь-государь державной десницей выпихивает предпринимателей в производство. Предпринимать нельзя заставить, как нельзя заставить сочинять романы или писать картины, – к этому надо иметь психическую предрасположенность. Но направить имеющуюся склонность в нужное русло до некоторой степени можно. Что происходит в этом случае?

А вот что происходит. Активизируются мелкие промыслы: переработка сельхозсырья, кое-что из лёгкой промышленности. Собственно, промышленность когда-то исторически так и росла – от земли. И с нею рос предпринимательский промышленный класс. До производства машин и всяких премудрых штуковин – века.

Так рос промышленный класс везде, в том числе и в России, только в России с громадным опозданием, сравнительно с Западной Европой. (Впоследствии этот естественный рост был смят и во многом подорван иностранными фабрикантами, пришедшими в Россию). Крепостной крестьянин чем-то торгует по мелочи, потом зимой в избах крестьянки ему ткут-вяжут-плетут-вышивают, а он сбывает. У сына уже мануфактура, у внука – несколько фабрик. Так – схематически – формировались предпринимательские династии Морозовых, Прохоровых, Солдатенковых. Все, заметьте, старообрядцы: люди воздержанные, дисциплинированные, богобоязненные. Для промышленности требуется закал воли и дисциплина личности. Старообрядцы это имели: они даже не пили и не курили, жили простой жизнью, чурались роскоши, во всяком случае, в первых поколениях. Сергей Булгаков считал, что их роль в нашей промышленности сродни роли протестантов на Западе.

Всё это прекрасно, но требует огромного времени. Повторюсь: даже в том гипотетическом случае, если мудрая и твёрдая государственная рука отсечёт более простые способы обогащения.

Начинается процесс естественной индустриализации с лёгкой и пищевой промышленности. Потом капитал накапливается там и вкладывается в более капитало- и трудоёмкую тяжёлую индустрию. Таков – схематически – путь. (Мы намеренно оставили в стороне ограбление Англией колоний и домашние ужасы, вроде «огораживаний» и работных домов). Если требуется провести индустриализацию быстро – этот путь не годится. В этом смысл часто цитируемых слов Сталина, что нам-де надо пробежать за десять лет путь, на который другие народы тратили века.

Нужно ли, тем не менее, выталкивать предпринимателей в производство? Конечно, нужно! И все вышеописанные мероприятия гипотетического царя – чрезвычайно желательны и благотворны. Формирование типа промышленного предпринимателя – дело насущно нужное. В любом случае, в будущем это пригодится. Более того, этот класс надо возвышать и прославлять, чтобы они сами себя уважали. Не спекулянты, не торгаши – производители! Нельзя ставить на одну доску торговца акциями и владельца фабрики по пошиву трусов – это разный уровень трудности и ответственности. И все это внутри себя понимают, только политкорректно строят из себя недоумков и делают вид, что все мы заняты одним делом, каждый труд уважаем, все мы принадлежим к одному среднему классу… «Средний класс» да ещё вот «гражданское общество» – очень полезные термины для затемнения существа дела и наведения тени на плетень; но это так к слову.

Формировать промышленную буржуазию нужно. Но индустриализировать страну с помощью промышленной буржуазии, которой ещё лишь предстоит возникнуть в процессе этой самой индустриализации, – это, мягко говоря, затея не слишком реалистическая. Нельзя полагаться на силу, которой – нет. Если кто-то станет вам говорить, что есть – не верьте: он либо обманывает вас, либо сам не понимает, о чём говорит.

Кое-кому удалось овладеть ошмётками советских промышленных предприятий и кое-что сохранить. Зависит это больше от отрасли, чем от менеджерского таланта владельцев. Если речь о пищепроме – тут сохранить и даже развить – реально, а, положим, в станкостроении – никто особо и не пытался. Потому падение в десять раз. Но и в пищепроме, при всех инновациях и надувании щёк, делается самое простое.

Например, в Туле есть завод по производству сока, к возникновению которого я когда-то, работая в итальянской фирме, приложила руку. Собственно, он и возник-то в Туле потому, что я, используя ухищрения и даже мелкие интриги, притащила итальянцев на свою историческую родину. Это было, как тогда водилось, совместное предприятие. Потом оно было несколько раз продано, кому сейчас принадлежит – не знаю. Так вот это предприятие полного цикла: от яблок (моркови, черноплодной рябины, чего угодно) до сока. Сначала делается концентрат. Потом его разбавляют; разбавление – это тоже некий производственный процесс, а не просто ложечкой в стакане помешать.

Когда-то на уровне руководства области имелось в виду строительством этого завода поддержать местное садоводство, наладить переработку яблок, которые не могли сохранить. Плюс помочь местным частным садоводам со сбытом их продукции. Так вот сейчас, по прошествии десяти лет, никто яблоками не заморачивается. Как мне рассказал частный таксист, оказавшийся тружеником этого предприятия, там просто привозят импортный концентрат и мирно его разводят. Собственно, так поступают и другие отечественные производители сока. Особенно располагает к этому уменьшение производства молока. Молока меньше, а разливочные линии-то есть. И асептические хранилища есть. Вот и льют соки из концентрата. Эти люди называются промышленными предпринимателями.

А под Тулой колхозно-совхозные сады – заброшены. Сформировалась народная забава – ходить туда осенью по яблоки, словно в лес по грибы.

А вот ещё. У нас на рынке разглядываю постельное бельё в весёлый такой рисуночек, прямо из детства, с картинки Васнецова (который иллюстратор сказок). Спрашиваю: «Это наше?» – «Наше, наше, – отвечают, – прямо в Иванове шьют». Мне показалось подозрительным слово «шьют» и я спросила: «А материал-то где делают?» – «Ну, материал, понятно, в Турции, у нас – невыгодно». Вот так: в Турции выгодно, а у нас – никак. Потому что нет у нас в народе навыка промышленного предпринимательства. И это я говорю о сравнительно простых отраслях промышленности. Что ж в непростых-то делается…

Так что ожидать индустриализации от нашего отечественного буржуя – по меньшей мере, наивно. Он может встроиться в некую, не им созданную систему, и сыграть свою полезную роль, но чтоб стать двигателем процесса – ни в коем случае.

Легенда об иностранном инвесторе

Об иностранных инвесторах у нас говорят много. И давно. Надежда на иностранного инвестора – это очень русская надежда. В ней проявляется наша генетическая обломовщина: что кто-то откуда-то придёт и за нас всё наладит. Легенда о призвании варягов – из этого ряда. Причём совершенно неважно, было ли это на самом деле или не было – важно, что легенда такая есть. То есть в народе живёт мечта: кто-то сильный, знающий и умелый придёт, и будет заниматься твоими делами – расхлёбывать и разруливать. Вот потаённый смысл этой легенды. Не очень, впрочем, и потаённый….

Бердяев говорил о женственности русского национального характера: русская земля всё невестится и ждёт мужа, который придёт со стороны и будет руководителем и защитником. Он знает как. Ноу-хау и значит «знаю, как». Вот русская душа и взыскует того, кто знает, как. Это проявляется в разных формах, но проявляется неизменно. Это и реформа Петра, постулировавшая превосходство Запада, приучившая нас смотреть на Запад снизу вверх и сформировавшая традицию нашего «космополитизма и низкопоклонства». Это и французский язык наших аристократов, которые по духу и быту были иностранцами в своей стране. (То, что они любили русский пейзаж и «говор пьяных мужичков» как раз и доказывает их иностранность: русский на это не обращает внимания – он внутри этого живёт; но это так, между прочим). Все наши популярные учения – в первую очередь марксизм – иностранного происхождения.

Величайший русский роман, который для меня выше «Войны и мира» – «Обломов». Я читала в комментариях, что Гончаров сначала и замыслил этот роман как историю двух друзей – русского и немца. Потом, по чьему-то совету, прибавил любовную линию, без которой роман вроде как «не стоит». Но вполне возможно, без любовной линии вышло бы даже рельефнее. В чём суть «Обломова»? Русский барин абсолютно не занимается своими делами, в результате чего они запущены по самое «не могу». Денег нет, а долги, наоборот, есть, и они растут. Но у барина есть друг-немец, который его любит за «голубиную чистоту души». В самые критические моменты он появляется, словно deus ex machina, и разруливает дела барина, а тому можно расслабляться дальше. Такова русская мечта.

Как только были сброшены оковы советского тоталитаризма (или, во всяком случае, существенно ослаблены – при Горбачёве), – русский человек возмечтал именно об этом – о добром немце, который придёт и всё наладит. При оковах-то об этом мечтать не дозволялось, тогда всё было строго. Мечта оформилась в виде закона о «совместных предприятиях»: считалось, что они поднимут нашу промышленность на невиданные высоты.

Ничего такого, естественно, не произошло. То есть были удачные примеры, но ничего массового не случилось. Но бацилла мечты о добром немце уже активно размножалась в народном организме и отравляла сознание. Совместные предприятия плавно трансформировались в «иностранные инвестиции». Почувствуйте разницу: «совместное предприятие» всё-таки предполагает нашу работу, а «иностранная инвестиция» – пустил иностранца, и тот всё наладил. Кое-кто и наладил. Но это никоим образом не изменило общего экономического климата в нашей стране…

Читать статью полностью… 

Поделиться:
Популярные ключевые слова
Путин об Украине Война на Украине Санкции против России Война в Сирии Беженцы в Европе Теракты в Париже Евромайдан Владимир Путин Россия Шарли Эбдо G20 ЕС Москва ТС Великая Тартария Вирус Эбола Мир Николай Левашов НОД Олимпиада в Рио 2016 Происшествия Украина Азербайджан Англосаксы Арест Улюкаева Армения Видео Волгоград Воронеж Выборы в Госдуму 2016 ДНР Донецк Евгений Фёдоров Екатеринбург Игорь Стрелков Казахстан Красноярск ЛНР Луганск Малазийский Боинг 777 рейс MH17 Мафия Николай Стариков Новокузнецк Новосибирск Омск Пермь Президентские выборы в США (2016) Саратов Сирия США Таджикистан Теракт в Ницце (Франция) 14.07.2016 Тольятти Форум в Давосе 2015 Харьков Челябинск Беларусь Европа Запорожье Захват заложников в отеле Radisson Мали 20.11.2015 Кривой Рог Крым Мариуполь Над Сирией сбит российский самолет Су-24 - 24.11.2015 Новороссия Одесса Русь Самара Севастополь Дональд Трамп Киев Крушение российского самолета Airbus А321 над Египтом 31.10.2015 Мистраль НЛО Пятая колонна Стрельба в Мюнхене 22.07.2016 Военный переворот в Турции 2016 Возрождение Сионизм Авиакатастрофа Airbus A320 в Альпах во Франции 24.03.2015 Андрей Фурсов Антимайдан в Москве Вулкан Йеллоустоун Йемен Мукачево Мюнхенская конференция по безопасности 2015 Переговоры в Минске по Украине 11 февраля 2015 Сделано в России Танк Армата Убийство Бориса Немцова