Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»


Новости

О кризисе политической аналитики

, 19 апреля 2014
Просмотров: 5402
Версия для печати Версия для печати
О кризисе политической аналитики

Настоящая политическая аналитика гораздо важнее пушек и танков

Нынешние события продемонстрировали отсутствие стратегических концепций на уровне пресловутого экспертного сообщества, вынуждая высшие эшелоны власти опираться в своих действиях на морально-этические мотивы, а не аналитику...

 

Игра в шахматы с лошадью: о кризисе политической аналитики

Автор – Евгений Крутиков

От редакции «Россия навсегда»: Автор Евгений Крутиков – политолог, специалист по проблемам Кавказа и Балкан, автор нескольких книг, участник боевых действий в ряде вооружённых конфликтов, награждён боевыми наградами. В начале 90-х работал помощником премьер-министра и помощником командующего гвардии Республики Южная Осетии, затем в Войске республики Сербской. Со второй половины 90-х в журналистике. Работал политическим обозревателем в журнале «Новое время», газете «Сегодня», начальником отдела политики газет «Известия» и «Версия». В 2004 году – снова в Южной Осетии.

Статья опубликована газетой «Взгляд» 11 апреля 2014 г.

* * *

Нынешние события продемонстрировали отсутствие стратегических концепций на уровне пресловутого экспертного сообщества, вынуждая высшие эшелоны власти опираться в своих действиях на морально-этические мотивы, а не следовать некоему единому плану. Картину и значение происходящего прямо сейчас не могут в полной мере охватить даже натренированные глаза. Вроде бы понятно, что в международной политической системе случилось что-то настолько важное, что это в ближайшем будущем скажется (а кое-где уже сказалось) на поведении практически всех игроков на планете. Но картинка в целом по вполне понятным и объяснимым законам аберрации сознания расплывается в тумане.

Можно, конечно, привычно сослаться на то, что истинную суть событий через пятьдесят лет найдут историки новых, в том числе и физически новых, поколений, а у современных политологов «картинка смазана». Импрессионизм вместо классического стиля. Личное восприятие вместо проработки деталей. И это будет верно в метафизическом смысле. «Нам не дано понять» и всё такое. Но жить-то приходится сейчас, принимать решения немедленно, опираясь на тот анализ фактов и информации, который предоставляет ныне живущее поколение аналитиков и экспертов. Причём, анализ этот встроен именно в ту систему вертикальных взаимоотношений, которая к этому моменту уже давно сформирована, что бы мы о ней ни думали в своих мечтах об идеальном мире.

Понятно, что сама собой и апокалиптически быстро оформилась новая стратегическая модель ролевого поведения на международном соревновательном поле. Причём, для начала неожиданно выяснилось, что это поле действительно соревновательное, и на нём играют друг с другом, а не в одни ворота, как в 90-е годы. Территория постсоветского пространства перестала быть «зоной свободной охоты», о которой так открыто и с улыбочками рассуждали американские дипломаты ещё 10-12 лет назад. Дипломатическая конкуренция географически вышла за эти искусственные пределы, а в идеологической сфере охватила едва ли не все стороны человеческой жизнедеятельности. Дипломатия XXI века оказалась мертворождённой горгульей, единственное отличие которой от привычных со времени Талейрана принципов и методов – скачкообразный рост технологий, в этом во всём задействованных.

Отсюда и убыстрившаяся скорость принятия решений, и более высокие риски при выборе этих решений, поскольку поток информации опережает возможность человеческого сознания отделить зёрна от плевел. И когда у тебя подряд двадцать сообщений, то не сразу и поймёшь, что они все – труха, а их анализ специалистами вызывает желание этих же экспертов перевешать на парадных воротах бесчисленных «центров по изучению стратегии» и «институтов геополитических анализов» или как они ещё там называются.

Игра (и методы, и сама её суть) изменилась. Естественно, вслед мутировала и система её экспертного обеспечения. Сервильность экспертного сообщества по отношению к западным ценностям и западному стратегическому мышлению перестала быть востребованной, а профессионалов, способных мыслить новыми категориями, не нашлось или нашлись единицы.

Те же 10-15 лет тому назад российское политологическое сообщество формировалось при одной-единственной доминанте – западной политологической науке. Даже не практической методологии, а именно академической или околоакадемической науки. Невозможно найти хотя бы одного политолога или эксперта, ни разу не проходившего стажировку в западных, в основном американских, образовательных центрах. Это было так же естественно, как дышать, поскольку в РФ таких центров не существовало, как не существовало и специалистов. Не всерьёз же рассматривать бывших профессоров научного коммунизма и диалектического материализма, пооткрывавших в 90-е годы «кафедры политологии» по всей стране.

Способствовала этому и система грантов, первооткрывателем которой был Джордж Сорос: его структуры порой даже не требовали какой-либо реалистичной отчётности по всяким программам «продвижения общечеловеческих ценностей». Например, путём проведения в школах Владивостока тематических уроков. А с директоров школ «за долю малую» собирались справки о том, что эти уроки таки были проведены. На мой даже не вопрос, а просто красноречивый взгляд один из свидетелей этого мероприятия охарактеризовал Сороса и его сотрудников «терпилами безответными», использовав естественную для того периода нашей истории социально окрашенную лексику.

И вот всё неестественно быстро перевернулось с ног на голову. Прозападная сервильность времён министра иностранных дел Козырева и советника президента Сатарова перестала быть «мейнстримом» уже довольно давно, но люди-то остались. Они меняли взгляды, подходы, методики оценки информации. Это в целом естественно – меняться со временем под влиянием новой обстановки и новых обстоятельств жизни. Система забуксовала не столько на персоналиях, сколько сама по себе, на своих конструктивных недостатках. И главный из них – постмодернистский механизм использования экспертных мнений и аналитических заключений в практической политике, когда подбор этих экспертов осуществляется по принципу протекции и личных знакомств.

Этот механизм безотказно работал не просто годами, а полтора десятилетия. Никто не ставил перед ним неожиданных задач. Или даже задач нового уровня. И по всем законам социологии люди, длительное время варившиеся в собственном соку в очень комфортных условиях и близким к идеальным жизненных обстоятельствах, превратились в касту, склонную к сектантским манерам. Они образовали клубы по интересам, назвав их «советами» и «объединениями», проводили конференции и съезды, мило копируя поведение британских джентльменов. Они легко переключились на новую систему сервильности, заменив старую на более отвечающую современным запросам.

С ними произошло примерно то, что всегда происходит с разведывательными структурами в мирное и стабильное время: они стали говорить не то, что думают, а то, что, как они думают, от них хотели бы получить. Именно они годами «курировали» Партию регионов и Януковича лично, создав целую клиентелу из местных политиков и пиарщиков, разбежавшихся кто куда ещё до того, как запахло покрышками. Именно они поддакивали идеям поддержки «сильной Грузии» и упустили точку максимального роста самосознания русскоязычного населения Прибалтики. Именно они отдали Приднестровье на откуп клоунам от пиара и плодили целые полотнища докладов о стабильности политической обстановки в Азербайджане. Они превратили политику в отношении Абхазии и Южной Осетии в междусобойчик заинтересованных профанов. И, конечно же, стало нормальным, глядя на это всё, говорить, что у РФ нет стратегического видения и продуманной политики (тактики) на постсоветском пространстве. Как не было с советских времён, так и не появилось.

А чего вы хотели? Люди годами выстраивают свою карьеру и частную жизнь вокруг фейковых «институтов» и «центров по изучению», и само их выживание зависит не от качества экспертного анализа или исследования с прогнозом, а от поддержания содержательных личных отношений со структурами исполнительной власти. И даже если эта самая исполнительная власть захочет (а она хочет и нуждается) услышать или прочитать объективный анализ обстановки, она его нигде не найдёт. По крайней мере, в тех источниках и родниках аналитической мысли, к которым привыкла припадать в период острой жажды. Вот и получилось, что в последние месяцы выбор стратегии на Украине и в Восточной Европе в целом сам по себе вытекал из тактики, а не наоборот, как это принято у сознательных и ответственных людей.

А сама тактика была производной от спонтанных, на ходу принимавшихся решений, следовавших за событиями. И уже эта новая, на коленке сделанная стратегия, в свою очередь, сломала привычную систему координат, саму схему позиционирования России на европейском пространстве и грозит перерасти в глобальную.

Конечно, подспудно эта стратегия не родилась вдруг из ниоткуда, предпосылки такого выбора формировались всё последнее десятилетие, причём формировались сложно и мучительно, при мощном внутреннем противодействии. И переход к ней был обусловлен многими факторами, в том числе и лежащими вне традиционной, так называемой «прагматичной» политики. В её генезисе присутствовали и факторы общественно-исторические (например, новое осознание русского мира, как единой общности), и социологические (готовность подавляющего большинства россиян поддержать действия Кремля на Украине), и даже личные. Но всё равно переход к новой стратегии был скачкообразным и потому, естественно, не до конца подготовленным. В том числе и идеологически неподготовленным, что вдруг на пустом месте создало широкое поле для столкновения разного рода интересов.

Международное право в том виде, к которому все привыкли, перестало существовать. Национальные интересы России в геостратегическом плане стали основой практической политики. Западный мир перестал быть ролевой моделью и мистическим идеалом социального успеха и мира. Различные по своему характеру события в разных точках земного шара сплелись в один клубок, распутать который, потянув только за один конец, невозможно. Солнце взошло с другой стороны.

Даже успех с Крымом и вокруг него оказался в значительной степени случайным. Не наделай киевская хунта такого количества ошибок и откровенных глупостей, ещё непонятно, как бы всё повернулось. Но такие подарки во внешней политике случаются раз в сто лет. Звёзды не падают ради людей, и долго такая ситуация в международной политике продолжаться не может. И нынешние события на Востоке Украины снова продемонстрировали отсутствие стратегических концепций на уровне пресловутого экспертного сообщества, вынуждая высшие эшелоны исполнительной власти опираться в своих действиях на морально-этические и эмоциональные мотивы, а не следовать некоему единому плану.

Всё это происходит, несмотря на то, что ежедневно со всех каналов и со страниц не сходят два десятка аналитиков и экспертов, которые, помимо пропаганды и популяризации взглядов, заняты ещё и подготовкой серьёзных, крупных работ, ложащихся на столы людей, принимающих практические решения. В подавляющем своём большинстве все эти аналитические разработки (не только по Украине, но и по Кавказу, Прибалтике, Средней Азии, арабскому миру, даже Африке) идут вслед за событиями. Простой принцип: если есть возможность промолчать на пике кризиса, чтобы не брать на себя ответственность и не отвечать потом за последствия слов, то надо этой возможностью воспользоваться по полной. А затем, отметив про себя, в какую сторону качнулся маятник практического выбора, обосновать этот уже свершившийся тактический выбор красиво подогнанной стратегией.

С таким же успехом можно играть в шахматы с лошадью. Но так работает сама система «естественного отбора» в экспертном сообществе. Сейчас невозможно выстраивать абстрактные международные схемы, как стало невозможным писать абстрактно-философские труды. А работать в практической сфере автоматически означает другую степень ответственности, которая атрофировалась в целом сообществе, привыкшем комфортно оформлять умными, красивыми текстами сложившиеся реалии. Чужеродные тела эта система отторгает, а самостоятельно новые не продуцирует, поскольку ресурсы влияния (включая финансовые) ограничены, и делиться ими никто не намерен.

Эта система начнёт рваться в тонких мелочах. Именно там, где требуются настоящие знания вкупе с силой демонстрировать их вопреки устоявшемуся годами взгляду на вещи. И мало веры в то, что вертикаль, по которой формируется заказ на стратегический анализ, выдержит скорость, с которой меняется мир вокруг. Но, может, и лучше, если замкнутая структура экспертного сообщества, убаюкавшая сама себя, развалится?

Источник

  

Поделиться:
Популярные ключевые слова
Путин об Украине Война на Украине Санкции против России Война в Сирии Беженцы в Европе Теракты в Париже Евромайдан Владимир Путин Россия Шарли Эбдо G20 ЕС Москва ТС Великая Тартария Вирус Эбола Мир Николай Левашов НОД Олимпиада в Рио 2016 Происшествия Украина Азербайджан Англосаксы Арест Улюкаева Армения Видео Волгоград Воронеж Выборы в Госдуму 2016 ДНР Донецк Евгений Фёдоров Екатеринбург Игорь Стрелков Казахстан Красноярск ЛНР Луганск Малазийский Боинг 777 рейс MH17 Мафия Николай Стариков Новокузнецк Новосибирск Омск Пермь Президентские выборы в США (2016) Саратов Сирия США Таджикистан Теракт в Ницце (Франция) 14.07.2016 Тольятти Форум в Давосе 2015 Харьков Челябинск Беларусь Европа Запорожье Захват заложников в отеле Radisson Мали 20.11.2015 Кривой Рог Крым Мариуполь Над Сирией сбит российский самолет Су-24 - 24.11.2015 Новороссия Одесса Русь Самара Севастополь Дональд Трамп Киев Крушение российского самолета Airbus А321 над Египтом 31.10.2015 Мистраль НЛО Пятая колонна Стрельба в Мюнхене 22.07.2016 Военный переворот в Турции 2016 Возрождение Сионизм Авиакатастрофа Airbus A320 в Альпах во Франции 24.03.2015 Андрей Фурсов Антимайдан в Москве Вулкан Йеллоустоун Йемен Мукачево Мюнхенская конференция по безопасности 2015 Переговоры в Минске по Украине 11 февраля 2015 Сделано в России Танк Армата Убийство Бориса Немцова